Все знают: могучее древо Вмещает и птиц, и зверей, Букашек баюкает в чреве И греет корнями червей. Но мало кто слышал, что тело Людское — такой же приют. Плодясь, обжираясь и зрея, Во мне братья-монстры живут. Шар круглый забился вглубь горла, Свернулся, бока пораздув. Наплакать он может и море И жалобно вешает клюв. Не любит он критику, ругань, Удары, проигранный спор. Накажут за дело тварюгу, А он всё равно подрастёт. В коленках близняшки, как зайки, Пред сценой дрожат и во тьме. «Спасайте, спасайте, спасайте», — Лишь это у них на уме. Двоюродный брат их зубами Стучать заставляет меня. То к воплям «спасите» прибавит, То клацать начнёт в холода. Рой мелких чудовищ теснится В одном черепном коробке: Поэты, певцы и шутницы, Но есть и уроды в семье. Они тёмно-серы, без крыльев, И ползают с воем по дну. Как только счастливого видят, Кричат: «Дай удачу свою!» Их стон заглушает лишь старший Из монстров, что в клетке костей У сердца свернулся и шарит Когтистой рукой побольней. Спит крепко, но младшие будят. Нестройный чудовищный хор, Копытами встав на желудок, По нотам ведёт дирижёр. Пьют монстры и кровь, и надежду, Едят только веру в себя. В конце человек так истерзан — Останется прах и душа. Как всех паразитов их травят, Но боль не унять до конца. Советую проклятых шавок Давить, отловив на живца.
