Быть может, у людей когда-то были крылья, И ввысь они могли лететь, и за моря. Быть может, у людей когда-то были крылья, Они их вмиг лишились. И не зря. Ведь если у людей когда-то крылья были, Они могли вспорхнуть, как захотят. Но жаль, давно те люди позабыли, Что крылья им дались не просто так. Что люди древние за крылья те сражались, Чтоб детям оперенье золотое подарить, Они рвались на небо, к Солнцу, не боялись Упасть на землю, под землёй сырою сгнить. Ни жар светила не страшил их, ни ветра, Ни боги, гнев которых смертоносен, Ни дробь дождя и ни колокола, Ни слякоть вслед бегущих шумных вёсен. Их кожа отражала стрелы неба, А небо от бессилия гремело, Они стремились выше, уже слепо, Себя отдав мечте своей всецело. И Солнце было к ним великодушно, И их лучами золотыми отогрело, Им мантии накинуло и по воздушным Потокам древних отпустило, оробело. Они раздали перья своим детям, И те надели мантии послушно, Но месяцы и годы пролетели, И оперенье золотое стало им ненужным. Что значат золотые крылья по сказаньям древних? То — честь и сила, гордость и отвага. Как золотые крылья нарекли отныне? Ими владеет и бездомная блохастая собака. То — ложь, и грязь, и преступленья, Предательства, убийства, снова грязь! Их презирают даже дети от рожденья, Их режут, рвут, сдирают перья, злясь: Они ходить мешают, лезут в башмаки, Горят, если их поднести к свече случайно, Их злобно вырывают со спин моряки, От них избавиться хотят уже не тайно. И Солнце больше не могло смотреть, как дар, Им отданный века назад древнейшим, Не нужен больше людям, словно ядовитый гад. И перья Солнце опалило тем глупейшим. Они горели. С них смола стекала. Кричали люди, прыгали с моста. Но пламя адски-страшное тогда лишь исчезало, Когда сгорали золотые перья все дотла. «Достойных мантию держать на спинах, — Солнце громыхало, — Я больше не земле не нахожу.» И вся земля от боли и обиды полыхала, И с неба лил кроваво-смоляной кислотный дождь.
