
Я помню эту девушку в варёнке, Её глаза, и неизбывную тоску. И жвачку, сигареты и сгущёнку. Страну как кобылицу на скаку. Развалы книг, тряпьЯ и снЕЕди, Толпу за водкой, казинО, цыган. И президента в полубреде, ТвистУющего, когда очень пьян . И эту девушку с глазами как озёра, В которых только безнадёга и мольба! Что впереди? Оковы сутенёра Или другая ждёт её судьба? Уедет за границу в “рай колбасный”, Родит чухОнцу чудных двух детей. Потом поймёт, что было всё напрасно. И в Тулу возвратиться, к матери своей. Но без дочурки и родного сына, В финлЯндии на этот счёт построже. Потом в блудЕ соИТие с грузином, Не жизнь, а так – сплошное бездорожье. Мне жаль тебя, небесное созданье, Ты рождена земную скорбь влачить. И вместо ГОрнего очАрованья Во тьме греховной маяться и жить. И кажется, что жизнь прошла сторонкой, Как поезд в прибалтийский тот рассвет. И только в горле комом— та сгущёнка, И этот взгляд, которого уж нет. А где-то там, на северном пороге, Растут твои не русские сыны… А ты опять в кювете у дороги, И в этом почти нет твоей вины. А ночью снится молодость — как прОпасть, Вагон, амбре от дорогИх сигар. И поезд набирает скорость, И вся страна за ним летит в ТартАр. И в церковь не зайдёшь ты за молитвой — Погреться просто и свечу купить. Не выплачешь своей души избитой, Не скажешь: “ Боже, как мне дальше жить?!!!” (Дальше жиить!!!) О, прООклятое поколенье! ВсЁ тОньше лёд на лужах у дверей. А ты— всё та же в этом мире тления, С глазами— как два ООзера скорбЕй. (Два ООзера скорбЕй!) СкорбЕй

