1. Особняк с секретом. Начало #Ultraсериал Вивьен

Другие песни сериала можно послушать тут: https://suno.com/playlist/45e01e99-a3f5-444b-83f6-3a6a1b523e7e I wake before the alarm rings, before the lukewarm turns hot. In the hallway—a file of doors, Toy soldiers with numbers on their foreheads. Four... Five... I know every nick on their handles. But today, between eight and nine— an opening that wasn't in the plan. A new line has appeared in the plan. I'll write it in pencil, so I can erase it when everything straightens out. The paint smells of cinnamon and iodine. The hinges do not creak. Someone has oiled them with the grease of sleep. I enter without pushing. The door steps back to the left, as if it had awaited my step for exactly a thousand nights. Behind it— space stretched over crooked nails. Air thick as syrup in the throat. Here staircases grow roots-upward, and the steps count aloud: one-zero-one-zero. I correct their breathing. It shall be: zero-one-zero. A new line has appeared in the plan. I'll write it in pencil, so I can erase it when everything straightens out. Everywhere porcelain clock faces, on each—hands crawling backward, erasing the morning. I will turn them face toward the east. There is no east here? I will appoint one myself. In the center of the hall—a table set for seven. But seven is a loud number, cutting the ear with falsetto. I place two settings in a drawer, cover with a napkin. Five—calmer now, but still breathing off-beat. I'll leave three. Three is a chord without resolution. In the corners of the room hang mirrors, in each—a stranger's face, repeated with a mistake. I breathe on the glass and draw a new symmetry with my finger. Now in the reflections—emptiness, even, with perfectly rounded edges. In the corner, under a floorboard that sings on the letter "y," lies a ball of thread the color of yesterday's snow. I do not unwind it. I add my own loop, pull it tighter than needed for life, looser than needed for death. This house was built on a rough draft, every beam remembers the tremor of a pencil. I did not come to demolish— but to make a clean copy. Somewhere far, beyond the sixth turn of a corridor that does not yet exist, someone is already groping for this door. Let them. I will leave a palm-print on the handle— damp, barely warm. To the first who enters, it will seem that someone was just here, singing a very quiet song of a single syllable. I return to the first room. Outside the window the same landscape sweeps yesterday's leaves into the left corner. I take note: Left, Right, a rest of three beats. A new line has appeared in the plan. I'll write it in pencil, so I can erase it when everything straightens out. And for now— I remember the noose behind my left shoulder. It is not mine. I am looking after it until its owner wakes. 🖤🖤🖤 Просыпаюсь до звона будильника, до того, как тёплое станет горячим. В коридоре — шеренга дверей, Солдатики с номерами на лбу. Четыре... Пять... Я знаю каждую щербинку на их ручках. Но сегодня меж номером восемь и девять — проём,которого не было в плане. В плане появилась новая строка. Я впишу её карандашом, чтобы можно было стереть, когда всё станет ровно. Краска пахнет корицей и йодом. Петли не скрипят. Кто-то смазал их маслом из сна. Я вхожу, не толкая. Дверь сама отступает влево, будто ждала моего шага ровно тысячу ночей. За ней - пространство, натянутое на косые гвозди. Воздух густой, как сироп в горле. Здесь растут лестницы корнями вверх, а ступени считают вслух: один-ноль-один-ноль. Я поправляю им дыхание. Будет: ноль-один-ноль. В плане появилась новая строка. Я впишу её карандашом, чтобы можно было стереть, когда всё станет ровно. Повсюду фарфоровые циферблаты, на каждом — стрелки ползут назад, стирая утро. Я переверну их лицевой стороной к востоку. Здесь нет востока? Я назначу его сама. В центре залы — стол, накрытый на семерых. Но семь — число громкое,режет слух фальцетом. Я убираю два прибора в ящик,накрываю салфеткой. Пятеро — уже спокойнее, но ещё дышит невпопад. Оставлю троих. Трое — аккорд без разрешения. По углам комнаты висят зеркала, в каждом — чужое лицо,повторённое с ошибкой. Я дышу на стекло и пальцем черчу новую симметрию. Теперь в отражениях — пустота, ровная, с идеально закруглёнными краями. В углу, под половицей, что поёт на букву "ы", лежит клубок ниток цвета вчерашнего снега. Я не разматываю. Я добавляю свою петлю, затягиваю туже, чем нужно для жизни, слабее, чем нужно для смерти. Этот дом построен на черновике, каждая балка помнит дрожь карандаша. Я пришла не ломать - Снять копию набело. Где-то далеко, за шестым поворотом коридора, которого ещё нет, кто-то уже нащупывает эту дверь. Пусть. Я оставлю на ручке след от ладони — влажный, еле тёплый. Первому, кто войдёт,покажется, что здесь кто-то только что пел очень тихую песню на один слог. Я возвращаюсь в первую комнату. За окном всё тот же пейзаж сметает вчерашние листья в левый угол. Я запоминаю: Влево, Вправо, пауза в три такта. В плане появилась новая строка. Я впишу её карандашом, чтобы можно было стереть, когда всё станет ровно. А пока — я помню о петле за левым плечом. Она не моя. Я присматриваю за ней, пока хозяин не проснётся.