Пластмассовый холод в кабине моей, Допил кипяток из солдатской кружки. А в радио треснул простуженный смех, И выползли к лесу стальные подружки. Идёт по равнине их правильный грех, Их выверенный, одинаковый шаг. А небо всё так же глядит свысока, Как плавится время у злого виска. Солдатская вечность — пустой котелок, А родина-мачеха смотрит на восток. Мой консервный "Мустанг" зашатался, как пьянь, За последнюю правду, за рваную дрянь. Раздарил им свинец из пробитых ладоней, Чтобы мир из картона утонул да потонул. Плясали по грязи стальные гробы Под весёлую музыку вечной пальбы. А небо всё так же глядит свысока, Как плавится время у злого виска. Солдатская вечность — пустой котелок, А родина-мачеха смотрит на восток. И в трещину шлема заглянуло Оно – Бескрайнее, чистое, злое окно. Солнечный зайчик на ржавом виске... А каша остыла в моём котелке. Гражданская оборона моей головы, Всё идёт по плану последней травы. А небо всё так же глядит свысока, Как вечность застыла у злого виска. Солдатская вечность — пустой котелок, А родина-мачеха смотрит на восток.
