Опять асфальт уводит вдаль, под колёс привычный вой, Но в этот раз не в пустоту — там ждёт твой островной покой. В багажнике гитара, хлеб и пара бутылок вина, Компас сломан, карта мокра́, но нас ведёт мечта. И снова ночь, и снова костёр, и снова петь до хрипоты! Искры — выше сосен, выше звёзд, почти как наши мечты! Мы пьём за тех, кто в этом круге, за тех, кто вдалеке, За то, что в каждой из душ по-прежнему — река! Твоя улыбка — как разрыв от зажигалки в темноте, И апельсин, который мы делим на шестерых в тепле. Пусть завтра — снова поезда, пусть завтра — вновь домой, Но эта ночь — она одна, и мы сейчас с тобой. И снова ночь, и снова костёр, и снова петь до хрипоты! Искры — выше сосен, выше звёзд, почти как наши мечты! Мы пьём за тех, кто в этом круге, за тех, кто вдалеке, За то, что в каждой из душ по-прежнему — река! Гитара старая, лады стёрты в кровь, От песен про любовь и про боль. Но сегодня струны звенят по-другому, Сегодня мы поём — и мы живы! И снова ночь, и снова костёр, и снова петь до хрипоты! Искры — выше сосен, выше звёзд, как наши дикие мечты! Мы пьём за тех, кто в этом круге, за тех, кто вдалеке, За то, что в каждой грёбаной душе — река! Река-а-а! Костёр дотлел. Рассвет, как нож, разрезал край земли. «Ну что, ребята, разошёлся дым?» — «Да нет, ещё в пути». И в тишине утра, в багажнике пустом, Стучит, как сердце, пустая бутылка об пол...
