Сено (ex-«соломенная Шляпа») И вот оно вошло в нутро! Во чрево, так сказать, - в него. – В кого? – В желудок молодой Коровы. Она не знала, что его Ей подарила Мать Природа. Искал он, правда! – не нашёл. Лишённый Вкуса – жил – как Шляпа-модник. Его, ему, ещё нельзя дано чтоб было – это ведь искусство. Вот так нельзя – забыть про всё – И захотеть чего-то. Сначала должен ты его Провествовать великолепно, И после этого его, возможно, согласуют. – Где? – Да где-где? – В той канцелярии «ГдеГдеЖе» Ты не занудствуй и смотри – куда глаза не смотрят. Его ещё не ждёт пути Та часть, что не изволит Быть ароматной и цветной. Там – кари-карие оттенки. Ещё скажу, что мой герой – Он не горох, чтобы о стенку. Он вышел – он герой. Он стал осокой свежей. Его сжевала дочь коров, Таких, что молоко посвеже. Теперь он вышел – Это май пред летом предстоящим. Да, год спустя, Но всё же рад, Что не про гумус разговоры. Теперь он Сокол – он здоров, И не спекут солому – он ведь Теперь таков, что в август сразу пароходом, Минуя минус тех оков, что, Блин, мешали Мишке. Он так мечтал о том, что не писали в книжке. И кто же он теперь? – мечтает Не быть той шляпой, что, Как альпинист на Эверест летает Без кислорода промышляет – Там так нельзя, там Будда даже Живёт уже сто тыщ веков, не с лазя. Теперь мечтает он не ехать по главам дорогих людей. Теперь мечтает он чин-чинарём идти своей ступнёй, дорогой. Одеть сандали, выпить сок, сыскать Ландау, вещь-док-мешок, сожрав всё «Ладу» – то самое, чего не смог тогда. Теперь он – целый, ценный, вещевой не-док. – И как же его звали? – Он? Он приходил ведь сам. – Его и не искали. – Он выродился сам. Теперь он сам себе хозяин, Волшебник всех времён. – И как же его звали? – Коль сам пришёл? – Всё дело в том, что и не звали, Он просто есть, и он пришёл. – Желал он этого? – Не знал, что можно Так родиться, чтобы не стать Тем самым вещь-мешком, С которым не проститься. Ведь лучше быть духовным. Метеоризмом быть не вжик. Не ожидали? А он ведь жив. Кем был – так и закончил.
