Ты не гонись за рифмой своенравной И за поэзией - нелепости онЕ: Я их сравню с княгиней Ярославной, С зарёю плачущей на каменной стене. Ведь умер князь, и стен не существует, Да и княгини нет уже давным-давно; А всё как будто, бедная, тоскует, И от неё не всё, не всё схороненО’. Но это вздор, обманное создАнье! СловА — не плоть... Из рифм одЕжд не ткать! Слова бессильны дать существованье, Как нет в них также сил на то, чтоб убивать... Нельзя, нельзя... Однако преиспрАвно Заря затЕплилась; смотрю, стоит стена; На ней, я вижу, ходит ЯрослАвна, И плачет, бедная, без Устали она. Сгони её! Довольно ей прорО’чить! Уйми все песни, все! ВелИ им замолчать! К чему они? Чтобы людей марОчить И нас — то здесь, то там — тревожить и смущать! Смерть песне, смерть! Пускай не существует!.. Вздор рифмы, вздор стихи! НелЕпости онЕ!.. А Ярославна всё-таки тоскует В урочный час на каменной стене… Константин Случевский, 1898
