Не первый час.

Не первый час она снуёт по комнате Всё взвешивает за и против И мысли накопила для двухтомника, Они пред ней ещё в полёте. Шуршит шагами по полу до сумерек, Касаясь мыслей осторожно С каким-то повторяющим безумием Завис вопрос простой, не сложный. А грусть не злая только очень хрупкая, Как тень от лампы на обоях, И в тишине молчит - к душе прильнувшая. Ей тоже холодно порою. Лишь вечер всех возьмёт в свои объятия, Наполнит радостью свободы. Пусть гостья-грусть в нарядном входит платье, И чувствам действует в угоду. Мы упиваемся надрывно тишиной - В порядке мысли - однозначно. И жизнь проходит с облегчением игрой, Где нитью тянется прозрачной. А грусть не злая только очень хрупкая, Как тень от лампы на обоях, И в тишине молчит - к душе прильнувшая Ей тоже холодно порою. Усталой гостье ищем оправдание - Зашла, как будто ненадолго Но остаётся навсегда в сознании, Каким-то ледяным осколком. Но остаётся навсегда в сознании, Каким-то ледяным осколком. Просачивается запах тёплый утра. Вся комната наполнится свободой. В потоке слов суть мысли не заметить мудрой. На понимание нет моды. А грусть не злая только очень хрупкая, Как тень от лампы на обоях, И в тишине молчит - к душе прильнувшая Ей тоже холодно порою.