Перешёл завод на рельсы, что военными звались И точил теперь парнишка то, что бомбы правит вниз. - Победим, не сомневайтесь! - выступает военрук. Жаль вот только выпадает ключ из детских малых рук. «Рюмки» для ракет «Катюши» всех точнее выводил, Чтоб фашист своею шкурой гнев народа ощутил. Год подходит сорок третий. Сборы. Марш с винтовкой встрой! На завод пришёл проститься с увольнительной одной. Подполковник нач.завода взял повестку: «Марш к станку! Подскажи, учить, кто будет, эту в соплях мелюзгу?» В цех пошёл и встал к станине, как к лафету иль на пост. До конца войны парнишка сталь точил, сверяя ГОСТ. Отзвенели звуки вальса той весны на 45. И завод опять поднялся пятилетки выполнять. С рельс военных на мирские перешёл как паровоз И дымя, пыхтя и воя, впрягся в новый этот воз. Нас судьба располагает, не стрелял, а инвалид. Гипс, бинты, нога прямая и не гнётся, не болит. Дверь в профессию закрыта, не ходок уж на завод. Новый плотник появился, дом поставит, дайте срок. Что? Судьба, как говориться и у нас из веку в век, Если дух не подломился, с большой буквы ЧЕЛОВЕК. Кашу маслом не испортить. «Ах, вы кашу вашу мать!» Так теперь наверно плотник учит крыльями махать. Вот стоим мы у могилки, той, где твой хранится прах. Вдруг пичуга меньше горстки, засвистел безвинный птах. Слёзы скупо прокатились, взгляд поднялся к небесам. Всё прекрасно в этом мире, «Каша с маслом» строит там.
