Мираж на завалинке

A lively Russian chanson and folk song in a cabaret style with live acoustic guitar accompaniment and a charismatic male baritone, The composition is written in 4/4 time with a fast, rhythmic tempo, The arrangement is built around a bright, percussive acoustic guitar, which uses a combination of fingerpicking and plucking to create a vibrant folk-pop foundation, The vocal performance is theatrical and expressive, characterized by clear articulation and a narrative quality typical of Odessa urban romances, The melody is catchy and repetitive, following a minor key that transitions to a major upswing in the chorus, The production is clean and intimate, with a dry vocal mix that brings the singer to the forefront, supported by subtle rhythmic handclaps and a light, elastic bassline

Когда я был юн, зЕлен и беспечен,
Казалось, что старость — сплошной выходной.
Что дед на скамейке, расправив лишь плечи,
В нирване сидит, обретая покой.

Казалось, награда за годы работы —
Растить георгины, внучАт баловать,
Забыть про спецовку, аврАлы, заботы,
И просто на лавочке мирно дремать.

Они ведь повсюду: в метро, в магазине,
На пляже с панамкой, с ведром у реки.
Спокойные лица, как будто в витрине,
Счастливые, мудрые особняки.

Но вот седина серебрит мне вискИИ,
И взгляд изменился, и мысли не те.
Маячит та пенсия где-то вблизи,
Как айсберг холодный в густой темноте.

Исчезнет движуха, коллеги, авралы,
Друзья потихоньку уходят в туман.
А сверху летят пенсионные баллы,
Похожие больше на тухлый обман.

Нас власть не жалеет, считает обузой,
Как будто вредитель залез в огород.
Грозит сокращеньем, финансовым грузом,
И смотрит с укором на старый народ.

Но слух пролетел, словно весть от мессИи:
Отменят нам пенсию вовсе, совсем!
Ура! Значит, снова мы будем в стихии,
Решая десятки рабочих проблем!

Здоровье пока ещё есть в организме,
Две - три  пятилетки мы сможем пахать.
В рабочем угаре, в сплошном оптимизме,
Не время на печке костями стучать.

А то, что ряды поредели изрядно,
Так это, приятель, совсем не беда.
Мы встретимся там, где светло и прохладно,
Где нет пенсионного фонда суда.

А если кто ушёл — не плачем напрасно,
Там, в небесах, открыт филиал.
Там график гибкий, климат там прекрасный,
И вечен производственный аврал.

Там, за барьером тонкого мира,
Никто не скажет: «Старик, уходи!»
Там ждёт нас всех небесная квартира
И вечность трудовая впереди

За гранью небес, в тонком мире эфирном,
Нас ждёт бесконечный, стахановский труд.
В раю пенсионном, спокойном и мирном,
Уж точно надбавку у нас не крадут!

1736/7500

Когда я был юн, зЕлен и беспечен, Казалось, что старость — сплошной выходной. Что дед на скамейке, расправив лишь плечи, В нирване сидит, обретая покой. Казалось, награда за годы работы — Растить георгины, внучАт баловать, Забыть про спецовку, аврАлы, заботы, И просто на лавочке мирно дремать. Они ведь повсюду: в метро, в магазине, На пляже с панамкой, с ведром у реки. Спокойные лица, как будто в витрине, Счастливые, мудрые особняки. Но вот седина серебрит мне вискИИ, И взгляд изменился, и мысли не те. Маячит та пенсия где-то вблизи, Как айсберг холодный в густой темноте. Исчезнет движуха, коллеги, авралы, Друзья потихоньку уходят в туман. А сверху летят пенсионные баллы, Похожие больше на тухлый обман. Нас власть не жалеет, считает обузой, Как будто вредитель залез в огород. Грозит сокращеньем, финансовым грузом, И смотрит с укором на старый народ. Но слух пролетел, словно весть от мессИи: Отменят нам пенсию вовсе, совсем! Ура! Значит, снова мы будем в стихии, Решая десятки рабочих проблем! Здоровье пока ещё есть в организме, Две - три пятилетки мы сможем пахать. В рабочем угаре, в сплошном оптимизме, Не время на печке костями стучать. А то, что ряды поредели изрядно, Так это, приятель, совсем не беда. Мы встретимся там, где светло и прохладно, Где нет пенсионного фонда суда. А если кто ушёл — не плачем напрасно, Там, в небесах, открыт филиал. Там график гибкий, климат там прекрасный, И вечен производственный аврал. Там, за барьером тонкого мира, Никто не скажет: «Старик, уходи!» Там ждёт нас всех небесная квартира И вечность трудовая впереди За гранью небес, в тонком мире эфирном, Нас ждёт бесконечный, стахановский труд. В раю пенсионном, спокойном и мирном, Уж точно надбавку у нас не крадут!

0/500