Контекст телу придаёт освещение, осанка, "Самец" ты или "самка" — тоже придаёт телу контекст. Контекст телу придаёт мода, И даже сама его природа: Толстый ты или худой — добрый или злой соответственно. Контекст телу придаёт то, что у него внутри: Оно что-то там себе думает, а потом говорит, Тело как будто меняет форму, Оно также меняет цвет... Я сегодня пробую Смотреть в зеркало так, словно меня там нет, И ничего нет, что видят, о чём что-то подумают люди. Я вынимаю, будто пинцетом пули, из головы иллюзии. Ты заслуживаешь того, чтобы быть белым, Чистым от чужих прихотливых взглядов. Ты заслуживаешь быть своим собственным, тело. А я калека, я хочу убивать. Тело без контекста говорит, иногда поёт. Тело без контекста представляет собой полёт Из невидимого мира в видимый СлОва, произнесённого в небытие. Иногда приходится выйти, чтобы увидеть, Есть ли кто-то ещё в тебе, Есть ли кто-то вообще живой там, Где положено быть мозгам, Где расстроенный твой приёмник Ловит ноты космических симфонограмм. Ты заслуживаешь меня больше, чем я тебя. Нет большей любви, чем та, где всё хорошо. Должно же что-то быть настоящим, Между несуществующим будущим и омертвевшим прошлым. Есть божественное, есть земное, Что тебе надо ещё? Есть связь между ними, и это не что иное, Как я. И меня не вычитать по телу, По тому, что в моей голове, под каким я гляжу углом, Как перо само себя не напишет чёрным по белому, Оно всегда будет о другом. Если вычленить форму и суть из контекста их обстоятельств, Каждый из нас перестанет быть чередой предательств, Наслоением травм на травму, Белковой губкой, накопившей отраву, Так что и я останусь лишь телом и тем, что вне, Тем, что решает, что делать ему и мне... Но всё-таки, видишь, люди предпочитают Признавать только то, что принято, То есть: воображать. Это ведь нигде не прописано: Люди! ТелА не отождествляйте с мыслями.
