Антракт, в буфете театральном, Я почесал свое яйцО, И своим видом маргинАльным, Внимание привлек еЁ Она смотрела с обожАньем, В мои стеклянные глазА, Я ватник отряхнул в смущЕньи, И отключились тормозА: Что рОбостью пленили глУпой, Язык держали в кандалАх, И с легким ветерком попУтным Я на раздутых мчался парусАх, К той, что привлекала меня взглЯдом, ГлубОким декольтЭ, сверкающим нарЯдом, И талией осИной, лебедИной шЕей, Такую не видал в пределах "МосквашвЕи". Тут с губ ее точеЁных - а́лых, Слетели грубые словА: "Сверни с дорожки, бЫдло, Не на тебЯ смотрела я!" Аааааааааааааа, интеллегЕнция! Берет за хамство индульгЕнцию! Все верно, Пушкин был хамлом, И Петр – знатный матершИнник, И за высокую культУррру, Они привыкли брать натУрррой, С тех, кто нос до неба задираАал, И сопли по ветру пускаАаал, Про чопорный культурный слой, Не терпящий сливных помОй. Жлобы построили мостыЫыы, По ним гурьбою прут снобЫы, А я стою тут на распУтье, И мозг течет горячей ртУтью: "В табло задвинуть али каАак? Скорей бы кончился антрАкт!"
