Каждую жизнь все уезжают в Бостон, Садятся на самолёты, на поезда. Кто-то неспешно, кто-то — пока не поздно, Бывает, что на день, но чаще, что навсегда. Это тебе не Хьюстон, не Сан-Франциско, И не Туманный, как мог бы быть, Альбион. Берег пологий близко, и море близко, Но как же далёк пустующий небосклон. Серым ноябрьским днём на стекле вагонном Мальчик в лохмотьях севера и ветров Чертит потусторонний и душный город, Город, лишающий всех других городов. Гулкие облака отдаются болью, В сердце стучась по пути на немой восток С края Земли, где небо само немое Силится, силится вырваться сквозь висок. Все поезда до времени, все уходят. Все корабли тянутся в этот путь. Кажется мне, и никак не даёт покоя — Съездив туда, я смог бы себя вернуть. Но знаю, отчалив, мой корабль не вернётся. И каждую ночь — я впотьмах не найду слова — Снится мне дымный, заокеанский монстр, Монстр, лишающий света и волшебства. И я понимаю, глядя, как гаснут звёзды: От сердца отсоединяются провода. Каждую жизнь нам всем отправляться в Бостон, И мы улетаем сегодня — и навсегда.
