[Intro] [heavy dwarf war drum: slow, deep thump like a heartbeat; a single axe blade scraping stone; then a massive, ringing axe strike; distant chant: “Baruk Khazâd!”] [Verse 1] Мне сказали: «Сломай его. Пусть магия умрёт». Я не стал ковать, не стал ждать, не стал думать вперёд. Схватил топор — тот, что рубил драконью чешую, Тот, что знал кости трОллей и сталь в бою. Прицелился в этот круг, холодный, как лёд, Будто в сердце врага, будто в самый последний оплот. «Сейчас, — прошептал я себе, — сейчас я покажу, Что значит сила рода, что значит сталь и рука». [Pre-Chorus] Замах… Ветер свистит у плеча. Удар! Лезвие бьёт, но не входит — скользит, как по льду. Ещё раз… Громче… Пусть своды трясутся от этого звука. Но круг остаётся целым, смеётся без звука. [chanted rhythmically on each axe strike: “Khazâd! Khazâd!”] [Chorus] Топор не берёт этот круг, не берёт этот лёд, Магия крепче, чем камень, чем любой наш род. Я бил, пока руки не налились свинцом, Пока в глазах не остался только этот проклятый блеск. Не сломать… не сломать… Этот круг сильнее всех наших гор. [backing vocals, low and heavy: “Baruk Khazâd… но сегодня даже топоры бессильны.”] [Verse 2] Я бил по нему, как по щиту, как по вражьему шлему, Как будто если ударить ещё раз, то правда станет другой. Братья стояли кругом, смотрели, не говорили ни слова, Только искры летели, как злые, мёртвые звёзды. А Кольцо лежало спокойно, будто знало наперёд: Что никакая ярость не сможет его перебороть. И тогда я понял — не в размахе сила, не в тяжести рук, А в том, чтобы признать: есть вещи, что сильнее стали. [whispered, bitter: “Zigil… но не серебро. Это проклятие.”] [Pre-Chorus] Замах… Тишина на миг, будто мир затаил дыхание. Удар! Снова звон, снова отдача, снова пустота. Хватит… Довольно… Пусть этот звон останется в ушах навсегда. Я научился слышать не только сталь, но и тишину. [low chant: “Fundin… прости, что верил только в удар.”] [Bridge] [axe strikes become slower, each one fading into a long metallic ring; deep choir hums a low, mournful tone] Я думал, что мир делится на то, что рубится, и то, что нет. На то, что падает под топором, и то, что стоИт сто лет. А оказалось, есть вещи, которые не выбирают сторону, Они просто ломают тех, кто слишком верит в свою броню. [spoken line, low and raw: “Я верил в сталь. Сталь меня и обманула.”] [Chorus] Топор не берёт этот круг, не берёт этот лёд, Магия крепче, чем камень, чем любой наш род. Я бил, пока руки не налились свинцом, Пока в глазах не остался только этот проклятый блеск. Не сломать… не сломать… Этот круг сильнее всех наших гор. [backing vocals fading: “Baruk Khazâd…”] [Outro] [one final, massive axe strike that rings and fades into silence; distant dwarf horn; then, after a beat of complete quiet, heavy, ragged breathing of a dwarf after extreme effort: deep inhales and exhales, echoing slightly in the stone chamber] Пусть другие ищут путь, где сила — не в ударе. А я запомню этот звон. Я запомню этот круг. [final whisper: “Namárië…”]
