Корабли плывут В Ко'нстантинополь. Поезда уходят на Москву. От людского шума ль Иль от скопа ль Каждый день я чувствую Тоску. Далеко я, Далеко заброшен, Даже ближе Кажется луна. Пригоршнями водяных горошин Плещет черноморская Волна! Каждый день Я прихожу на пристань, Провожаю всех, Кого не жаль, И гляжу все тягостней И пристальней В очарованную даль. Может быть, из Гавра Иль Марселя Приплывет Луиза иль Жаннет, О которых помню я Доселе, Но которых Вовсе — нет. Далеко я, Далеко заброшен, Даже ближе Кажется луна. Пригоршнями водяных горошин Плещет черноморская Волна! Запах моря в привкус Дымно-горький, Может быть, Мисс Митчел Или Клод Обо мне вспомянут В Нью-Йорке, Прочитав сей вещи перевод. Все мы ищем В этом мире буром Нас зовущие Незримые следы. Не с того ль, Как лампы с абажуром, Светятся медузы из воды? Далеко я, Далеко заброшен, Даже ближе Кажется луна. Пригоршнями водяных горошин Плещет черноморская Волна! Оттого При встрече иностранки Я под скрипы Шхун и кораблей Слышу голос Плачущей шарманки Иль далёкий Окрик журавлей. Не она ли это? Не она ли? Ну да разве в жизни Разберёшь? Если вот сейчас её Догнали И умчали Брюки клёш. Далеко я, Далеко заброшен, Даже ближе Кажется луна. Пригоршнями водяных горошин Плещет черноморская Волна!
