
[Verse] Мы охуительно охуевшие Мы по жизни не потерпевшие Тяга в груди гуще солярки Несу этот район на стертых хрящах (на стертых костях) Голод — это когда слова пахнут железом Отец оставил долги и привычку молчать Я оставил совесть в ломбарде на окраине Ржавая арматура торчит из каждой надежды (глухо) Кормлю эту стаю своей печенью Пока зубы не превратятся в мел Скрежет металла об асфальт вместо колыбельной Мы не просили власти, нам просто дали мешок Набитый камнями и чужим страхом Спина дугой, глаза как уголь (черный уголь) Каждый вдох стоит дороже чем жизнь В этом подъезде пахнет сыростью и старой кровью Нас не сломать, мы и так из осколков Грязь под ногтями — это чернозем истории Дед пахал, отец воровал, я — стою Держу купол, чтоб не рухнул на слабых (на слабых) Духовная усталость впиталась в куртку Не отстирать, не выжечь, не выкурить Тяжесть — это единственное, что реально Молитва звучит как кашель в холодном цеху Бог устал нас слушать, я устал просить Просто дай сил донести этот хлам до заката (до конца) Мы охуительно охуевшие Не от гордости, а от невыносимой ноши Мы по жизни не потерпевшие Потому что боль — это наша валюта Кровь густеет, превращаясь в деготь Ритм сердца выбивает чечетку по ребрам Никакой жалости, только сухой расчет Сколько еще шагов в этом свинцовом пальто (свинцовое пальто) Свинец в легких Свинец в словах Свинец в глазах (свинец) (свинец) (свинец) (свинец)

