Предисловие Некоторые говорят, что царевне Софье, после отстранения от власти в 1689 году и заключения в Новодевичий монастырь, удалось бежать. Помогли ей в этом двенадцать стрельцов, принёсших клятву хранить верность царевне до самого Страшного Суда. После побега, Софья, якобы, укрылась от ярости Петра в нижегородских лесах, в старообрядческом скиту Шарпан, где и прожила до своей смерти, много лет спустя. Говорят, что гробница схимницы Прасковьи на женском кладбище скита, окружённая двенадцатью безымянными могилами — это и есть место упокоения царевны и её верных стрельцов. А ещё, говорят, что однажды появилась в тех местах волчья стая, и с тех пор обитает там по сей день. Это могло бы объяснить, почему некоторые из искавших могилу схимницы Прасковьи поспешно возвращались назад, так и не найдя ничего, а кое-кого и вовсе больше никто не видел. Однако, охотники и егеря, привлечённые рассказами о стае волков, приносят в лучшем случае тушку какого-нибудь бедняги барсука. Есть и те, кто утверждает, что каким-то чудом смог посчитать волков в той стае, и числом их всегда ровно двенадцать. Матерых, серых. Как стрелецкие кафтаны. Но уж в это, конечно, мало кто верит... *********************************************** Janus Geminus Серый кафтан На Святой Руси нынче всё не так — Умер Государь, правит злой ведьмак. Православных кровь пьёт, как сладкий мёд — Видно уж конец мира настаёт. Не кручинься, брат. Что же ты молчишь? Что осталось нам? Сабля да бердыш, Да простой кафтан, серый, как судьба, Да пустой карман. За спиной — беда. Мертвецов полки колдуны ведут. Пушки в образа... Нет средь нас иуд! Умирать лишь раз! Не впервой стрельцам. Неймет мёртвый стыд. Не позорь отца! Не кручинься, брат. Что же ты молчишь? Что осталось нам? Сабля да бердыш, Да простой кафтан, серый, как судьба, Да пустой карман. За спиной — беда. Лишь двенадцать нас, нет у нас имен. Не спасли мы Русь, больно враг силён. Но царевна здесь, му́дра и свята́, С ней мы встретим день Страшного Суда. Не кручинься, брат. Что же ты молчишь? Что осталось нам? Сабля да бердыш, Да простой кафтан, серый, как судьба, Да пустой карман. За спиной — беда. Не кручинься, брат, Что же ты молчишь? Что осталось нам? Сабля да бердыш, Клятва не в словах, Вера не в кресте, Не святые мы — братья во Христе!
