Пустой переулок. Дверь клуба. Ступеней холодный металл. И музыка словно издалека, Сквозь шёпот пыльных зеркал. Мы пили янтарный коньяк, Под музыки мягкий шёлк. На пальцах её - алый лак, И время тянулось так долго… Три стрелки часов, как узор. В полумраке спрятался зал, Как древний огромный собор. Где каждый мой шаг, как сигнал. До трёх — ожиданье потери, До трёх — только песня струны. Куда ты уходишь теперь — В какой-нибудь город Луны? Днём в зале царит тишина, На окнах - пыли налёт. На входе - из снимков стена, Тем фото - десятки лет. Вот снимок — сто лет назад, Мундиры, вуали, шелка. Старинный девичий наряд, Знакомая прядь у виска До трёх — лишь закрытая дверь, До трёх — только трепет струны. Куда ты уходишь теперь — В какой-нибудь город Луны? Я снимок кладу перед ней: «Кто ты среди этих теней?» Лицо — как холодный фарфор, И тень на ресницах — узор. «Зря ты приходишь сюда, Здесь время свивается прочь. Удержишь меня — и тогда Другому достанется ночь». Три ноль ноль. Тишина. В ладони её рука. В окно заглянула Луна Рубином наполнен бокал И вдруг — обрывается свет, И что-то из сердца ушло. В ладони - холода след, А рядом - пустое кресло. На стене — ещё один снимок, Подёрнутый свежей пылью. Там я — среди мёртвых гостей, В костюме ушедшего стиля.
