[spoken word, dramatic narration, male voice]... Но людоед в ворОта выбежал, вопЯ, Ища напрасно нас, и след его… простыл. Однако он вернулся полный новых сил, С собою самку приведя… страшней себя… Мы испугались самым сильным в мире страхом… Помчались к судну, отвязали и поплыли… А исполИны в нас камнЯми яро били, А камни были.... со скалу, клянусь Аллахом… Так большинствО из нас погибло в этот час. Осталось трое, что уплыли в страхе морем, И, неизвестно как, но справились с тем горем… .... Вот остров вИдится - краса уставших глаз! Деревья сказочные, вкусные плоды, Вода в ручьях прозрачна, птицы напевают! Сомненья, страхи всеъ мгновенно уплывают, И мы отправились искать людей следы… Вот день иссяк. Остановились ночевать. А поутру, чуть пробудившись ото сна, Узрели страшного дракона… летунА, Он одного из нас схватил и ну, ....глотать, [Spoken language]... Да заглотИл до плеч! Мы в страхе услыхАли, Как рёбра с хрустом обломились в животе Дракона страшного, о, ужас в немотЕ… Так одного мы из троих и потеряли… Дракон ушёл, а мы вновь скорби предалИсь: - Какое бедствие, что смерть, одна другой Страшнее, следуют за нами на убой… Зря только радовались, что уже спаслись… От людоеда, избежали потоплЕнья, Но эта радость преждеврЕменной была, И смерть товарища внезапно отняла, Когда поверили чудесному спасенью… Так целый день мы провели за размышленьем, Питаясь ягодой, бродя почти без цели. Найти следы людей мы так и не сумели. Нашли ночлег себе на древе высочЕнном. Я на верхУшке спал, а друг мой чуть понИже. Когда ж настала ночь, дракон опять явился, И, осмотрЕвшись влево, вправо, вдруг вцепИлся Он в сотовАрища, что оказался ближе… И заглотил его до плеч, я ж услыхал, Как кости треснули, ломаясь в животе, Прервав свой крик, я затаИлся в темноте, И тихий ужас постигая, лишь вздыхал… Признаюсь, страх мой, как безумная змеЯ! Остаток ночи я провёл, не помня жизни И не имея в голове малейшей мысли… А утром слез на землю, жизнь свою кляня. [Spoken language]... Подобно мёртвому от страха, я желал Исчезнуть в море, убежав земных страданий, И жизнь казалась мне чредою наказаний, Ничтожной, жалкою крупицей твёрдых скал…
