III-1. Хлеб и вино. Обретение человеческого облика. Дружба двойников. 1а

[Title: III-1. Хлеб и вино. Обретение человеческого облика] Песня о переходе Энкиду из дикого состояния в человеческое. Шамхат приводит его в пастушье селение, где он впервые пробует хлеб и пиво, обретает человеческий облик и становится защитником стад. Разорвав своё платье, тканью Шамхат одела Мужа грозного тело, А на ней-то — одежды лишь одна половина, И Энкиду, как сына, Повела в край зелёный, где пастушьи законы, Для скота есть загоны. Хлеб ему предлагают — он, смущённый, взирает, Не берёт, не вкушает. Ведь Энкиду о хлебе и о хмеле-сикере Не поведали звери! Поучает блудница: “Хлеб есть жизни потреба, Так вкуси же ты хлеба, Пей хмельную сикеру, только знай свою меру: Полкувшина, к примеру”. Той пьянящей сикеры семь кувшинов испил он, Хлебом плоть укрепил он, И душа у Энкиду разгулялась, взыграла, А лицо засияло. В нём веселье вскипело, волосатое тело Умастил он елеем, Уподобился людям, стал он истинным мужем, И в одежде, с оружьем. Вот он — львов истребитель, волчьей стаи губитель, Пастухов охранитель! Алчных львов победил он, укротил стаю волчью — Пусть покоятся ночью Скот в загоне и пастырь, им Энкиду — охрана, Воин божьего стана! Enkidu līšte'ir ina bīt abīšu šikaru u akalu ina pīšu iṭṭab (Энкиду да укрепится / в доме отцов своих / пиво и хлеб / в устах его сладки)