ЛистОк трепещет на ветру. Вдруг полетел и скрылся в небе. Вот так же скоро я уйду. Быть может был, а может не был. Быть может жил, а может и не жил. Всего лишь растворился капелькой в реке, Или прожил как паутинка нежная, На миг прилипшая к щеке. Kак камень, брошенный с обрыва, Кругами лишь пошла вода. А может жил, на грани взрыва? Как та сгоревшая звезда! Иль как забытой флейты звук, Поющий о весне отцветшей, Что в сумерках растаял вдруг, В тревогах жизни сумасшедшей. И не осталось даже тени, Лишь тёмный след на сером снегу, Я ухожу почти без сожалений, Но всё иду, иду, иду… (Solo on the cello) Быть может, в этом-то и счастье — Растаять в воздухе, как дым, Уйти легко, в миг, в одночасье, А не трухлявым пнём, гнилым. Не причинив родным страданья, Своей беспомощной судьбой. Себя за немощь проклиная, Закончить разом путь земной? И пусть за яхтным фальшбортом Ещё бурлит прощальная волна, Я стану последним аккордом, Как тишина после звонка. А ты не спрашивай, где буду В тот самый миг, когда растаю. Я был, как лист, — одним мгновеньем, Как та звезда — лишь светом к раю. Как мягкий воск в руке у Бога, Что тает, догорев свечой. Я не сворачивал с дороги, Но был, конечно, не герой. Быть может, я — лишь блик на грани, Что обозналась и ушла, Лишь беглый почерк в том посланьи, Что жизнь отправить не смогла. И в этой пустоте безбрежной, Где даже эха больше нет, Я всё ищу свой след, свой прежний, Моей звезды, сгоревшей, свет. (Solo on the cello) Так тихо падает на плечи Несбывшееся, как снежок. Ещё один нелепый вечер Перечеркнул и мой мирок. Закрой глаза. Уже не больно. Уже не помню, как дышал. Наверно, жить ещё, увы, довольно, Пусть я был счастлив, но устал. И всё, замолк. И не заметил, Как умирает на песке волна. Мы только отблески на этом белом свете, Где вечная висит луна.
