Когда пена сжимает твои стены снаружи дома, Прячь фантомные боли среди дизлайков и ботов. Всё чужое и мокрое словно днище парома, Но иллюзорность — простой ориентир для пилотов... Для владельцев конюшен, для вчерашних вахтеров, Для твоих запароленных слабых отметин… Постарайся хотя бы не ждать разговоров, Что идея нова, а процесс бесполезно дискретен... Но я не Мэтью Бэллами, чтобы ссылаться на Шопэна. Я нищий гастарбайтэр: мне никто не поверит, Не простит такого прямого, дешевого размена... Я выдерну идею у Виана... Но поменяю зад и перед... Поэтому осень в Экзопотамии, лето в Пекине… В эскапичной цепочке из серых, редких событий, Балансируя на ленте неровной вайп-сессии, Внутри варп-туннеля не стало надежных укрытий… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… Глаза закрывай — и доверься лавине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… Попытка раздать всем долги в дофамине… Пересядь с чужого ритма на чужой язык, как трамвай на перроне, Ведь каждый новый шаг упирается в бетонную стену цитат. Моя пенка осядет на донышке в этой густой обороне — Собери свою правду в чужих голосах как безрукий солдат... А в Экзопотамии дождь идет из просроченных уведомлений, Но скоро сгорит яркий пиксель общей искренней боли... Ты — не Борис, чтобы верить в подмену как в приключение. Ты — тот самый вчерашний вахтер, что живёт в этой замкнутой роли… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… Глаза закрывай — и доверься лавине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… (Ле-ле-ле-ле) Лето в Пекине… Попытка раздать всем долги в дофамине… (Лето в Пекине…) (Лето в Пекине…) (Лето в Пекине…) (Лето в Пекине…)
