Мне уже не важно, мне уже не бо́льно, хоть и был он - первой для меня любо́вью, безответной, чистой, без кровавых пя́тен, только след на па́мять на душе́ печа́тью глубоко оставил, словно шрам на те́ле - не виню. Не скрою, плакать не уме́ю, даже если нервы болью на преде́ле — ни о чём я больше в жизни не жале́ю. Я не строю за́мки на песке́, их не волна смывает — лю́ди — они проходят по чужой судьбе́ и разрушают всё до самой су́ти. Я знаю, что идя за ними вслед, где мир так тесен и случа́йны встре́чи, своей ногою оставляла след и понимала, что судьбу́ кале́чу. Мне, конечно, важно, и мне очень больно, если я невольно полоснула болью, если я нарочно посыпала солью раны, что сама же нанесла, так во́льно. Я других прощаю, а себя — не сме́ю, но о том, что было, — вовсе не жале́ю, шаг за шагом, сложно, шла своей доро́гой, для него была лишь милой недотро́гой. Я не строю за́мки на песке́, разрушать чужие — не пытаюсь, но в моём походном рюкзаке́ есть с собой и соль, и нож, и радость, красота, любовь и даже бо́ль - всё досталось мне в моей доро́ге. Если хочешь, поделюсь, изво́ль, но не обвиняй меня пото́м в подло́ге. Я не строю замки на песке… Не обвиняй меня...
