Вечер кровавого дня истек В криках расправы скорой. Пал побежденный царь на клинок, Горем оделись горы. И всю ночь по стране из конца в конец, Скакуна обжигая плетью, Задыхаясь от скорби, бежал гонец – Вестник смерти и лихолетья. Вечер кровавого дня истек, Царь наш пал на клинок. И уже под утро, к земле кренясь, Он увидел мать и родимый дом. И упал пред нею, весь кровь и грязь, Изнывая смертным стыдом. И когда, склонившись над ним, она Прошептала тихо: вставай, сынок, Он, заплакав, сказал: решена война – Царь наш пал на клинок. Мы проиграли, наш срок истек, Царь наш пал на клинок. И она отвечала: пусть кровь и пот До коленей дойдут нам в огне, в золе, Но воспрянет, стократно силен, народ, Что разбит на своей земле. А царю, чье тело враги нашли, Уготован наследник его венка. Ведь вложил он в руку своей земли Рукоятку того клинка. Голос матери дрогнул, рыданьем разбит, Но ее услыхал Давид. Царь наш пал на клинок. Но ее услыхал Давид.
0/500