Личный инквизитор

This dark, gothic track opens with a haunting bamboo flute over deep, droning synths and distant, echoing bells, Layered choral pads enter, building a mystical soundscape, Percussion is sparse, focused on low toms and metallic chimes, amplifying the sense of intrigue and ritual

Тяжёлым взглядом с глубины,
Дыша с подгрудным хрипом,
Глядит в меня мой личный зверь,
Мой личный инквизитор.

Моей души запретный храм,
В нём скрыта вся та ярость,
С которой зверь рычит во мне
И приближает старость.

Года идут и зверь бежит,
Вдыхая запах соли.
Мой страх питает изнутри
Его, сжигая зори.

И все желанья, и мечты,
И цели, что поставил,
Мой инквизитор навсегда
Заковывает в сталь и
Тихо шепчет перед сном:
"Ты слаб и ты потерян.
Ты думаешь, что сгинул час,
А сгинули недели".

Быть может в этих кандалах
Закованы не лапы зверя?
Быть может то не инквизитор мой,
Что под проклятьем древним?

А может это я всё сам?
Я сам в тяжёлых кандалах,
И страх не в взгляде хищника -
А он в моих глазах?

Я не позволю править мной!
Я сам свой царь и сам свой Бог!
И эти звери, что внутри,
Их изловил, сумел я, смог!

И не мои поводыри
Все эти страхи, крики и
Все эти странные желанья
Укрыться саваном в тени.

Я воин света - я силён!
И пусть, что зверь подкормлен мной!
Я сам на казнь его веду,
И сам я зверя и казню.

Вознёс топор над грязной мордой
И прошептал: "Ты недруг мне".
И сталь, закаленная кровью,
Сомкнулась с шерстью на хребте.

Но ужас вырвался наружу
И взгляд мой дикий искалечил,
Ведь новая росла глава
Из шеи, что была по плечи.

И вновь я зверя обезглавил,
Посыпал рану свежей солью.
Но вновь рычал зверь, хохотал,
Захлёбываясь своей кровью.

И только так: в руке со сталью
Я смог понять, что зверь внутри,
Мой личный инквизитор, хищник -
Моей души куски, углы.

Теперь охочусь ежедневно:
Все собирая слабости,
Заковывая в морду зверя,
Их все рублю без жалости.

1579/7500

Тяжёлым взглядом с глубины, Дыша с подгрудным хрипом, Глядит в меня мой личный зверь, Мой личный инквизитор. Моей души запретный храм, В нём скрыта вся та ярость, С которой зверь рычит во мне И приближает старость. Года идут и зверь бежит, Вдыхая запах соли. Мой страх питает изнутри Его, сжигая зори. И все желанья, и мечты, И цели, что поставил, Мой инквизитор навсегда Заковывает в сталь и Тихо шепчет перед сном: "Ты слаб и ты потерян. Ты думаешь, что сгинул час, А сгинули недели". Быть может в этих кандалах Закованы не лапы зверя? Быть может то не инквизитор мой, Что под проклятьем древним? А может это я всё сам? Я сам в тяжёлых кандалах, И страх не в взгляде хищника - А он в моих глазах? Я не позволю править мной! Я сам свой царь и сам свой Бог! И эти звери, что внутри, Их изловил, сумел я, смог! И не мои поводыри Все эти страхи, крики и Все эти странные желанья Укрыться саваном в тени. Я воин света - я силён! И пусть, что зверь подкормлен мной! Я сам на казнь его веду, И сам я зверя и казню. Вознёс топор над грязной мордой И прошептал: "Ты недруг мне". И сталь, закаленная кровью, Сомкнулась с шерстью на хребте. Но ужас вырвался наружу И взгляд мой дикий искалечил, Ведь новая росла глава Из шеи, что была по плечи. И вновь я зверя обезглавил, Посыпал рану свежей солью. Но вновь рычал зверь, хохотал, Захлёбываясь своей кровью. И только так: в руке со сталью Я смог понять, что зверь внутри, Мой личный инквизитор, хищник - Моей души куски, углы. Теперь охочусь ежедневно: Все собирая слабости, Заковывая в морду зверя, Их все рублю без жалости.

0/500