Аллюзия на тему романа Владимира Набокова “Приглашение на казнь”, 1935 1936 гг. - но с относительным хэппи эндом - не распадом Мира антиутопии, гротеска и абсурда 30-х годов, а выходом из него. Действующие лица: 1. Цинциннат Ц. - главный герой, тридцатилетний учитель, ожидающий смертного приговора за «гносеологическую гнусность», то есть «непрозрачность» для окружающих, непохожесть на них. 2. М-сье Пьер - палач. В ходе событий романа он навязывает свою дружбу Цинциннату. 3. Миманс - массовка из картонных масок *** Да, я виновен мой хребет не гнется в такт волне народной, В том, что прозрачен, словно свет, в их близорукости природной. Для них я клоун у скопцов, в мирке заклятых содомитов, Плевок в гламурных подлецов, что с рук едят у паразитов. Меня срамило стадо масок, меня приговорил миманс За то, что среди тусклых красок я вызываю диссонанс. Их строй - досадная преграда, их власть - истлевший реквизит, Похоже, прокажённых стадо меня растопчет и казнит. *** Добро пожаловать на праздник, на мой торжественный финал, Тут сам палач - остряк-проказник, билет на входе проверял. За отклонение от нормы и за души нескромный вид, В изысканной и строгой форме уведомление звучит. Цирк теней это, шабаш масок, и бал уродливых зеркал, Я совершенно не согласен казаться тем, кем не желал. *** Инстинкт твердит: “Будь просто тенью, стань пустотелым и ручным” Тогда ты впишешься в систему под небом плоским и стальным. А если вдруг ты пыль вдыхаешь, идя в строю за дикарём, То очень скоро замечаешь - нелепый впереди фантом. Блеснул топор безмолвно острый - железка в опытных руках, Сместился центр, сбился фокус, жизнь развалилась на глазах. Их нерушимая махина - макулатура, клей и страх, Насквозь увечная пружина в его заржавленных часах. *** Прошу покорнейше на праздник, на мой торжественный финал, Тут сам палач - остряк-проказник, билет на входе проверял. За отклонение от нормы и за душИ нескромный вид, В изысканной и строгой форме уведомление звучит. Цирк теней это, шабаш масок, и бал уродливых зеркал! Я совершенно не согласен казаться тем, кем не желал. *** Я вдруг заметил: их арена - пустая сцена без границ, Все маски, лица, пантомима - сошли толпою со страниц. Негромкий хор, невнятный шёпот - то шелест их картонных ртов, И стоя между декораций, я не увидел там врагов. Я сделал шаг - и мир качнулся, как бы не веря в мой уход, Исчезли формы, стёрся абрис и я ушел на небосвод. А башня рухнула без звука, как стопка книжек и газет, Свалилась мусором ненужным туда, где больше масок нет. *** Прошу покорнейше на праздник, на мой божественный финал, Тут сам палач- остряк-проказник, билет на входе проверял. За отклонение от нормы и за души нескромный вид, В изысканной и строгой форме уведомление звучит. Цирк теней это, шабаш масок, и бал уродливых зеркал, Я совершенно не согласен казаться тем, кем не желал.
