Капли стекают на стол, как слеза, Бутылка холодная манит, тряся, Рукой потянулась, но не дотянулась. Мечта о глотке быстро в прах повернулась. Глотая слюну, он от жажды ревёт, А жена, как стена, не берёт, не даёт! Он бы выпил давно, но не в этом селе Водку на здешней земле. С моряком он решает пойти на прорыв, Мол, за водку веду я хоть в шторм, хоть в обрыв. Но жена не тупая, чует подвох, И прячет запасы под плуг и под мох. Глотая слюну, он от жажды ревёт, А жена, как стена, не берёт, не даёт! Он мечтает о ней, как о лете зимой, Водочку выпить, под зной. Он решил, мол, авось, закопаю жену, Положу рядом с мхом, и в пьянство уйду. Но слыхала жена, к муженьку подошла, Сковородкой махнула слегка. На похоронах лишь медведь и пчела, Да моряк, что украдкой пил до поздна. А жена, что ж, довольна, танцует одна, Ведь теперь вся закуска и водка моя! Глотая слезу, он в гробу вновь орёт, А жена, как при жизни, не даст, не нальёт! На надгробье написано твёрдой рукой: «Хочешь водки — живи, мой родной!».
