Два силуэта в храме – тень и свет, Два голоса, две разные молитвы. Фарисей, как павлин, расправил хвост побед, Мытарь – как тень от разбитой плиты. "О, Боже! – вознёс глас фарисей, – Хвала Тебе, что я не как все! Не вор, не блудник, не лицедей, Пощусь, как положено, и пробуждаюсь я к росе. Я – образец, я – праведности мера, Я десятину честно отдаю. Моя душа – как чистый лист, Я гордо пред Тобою стою!" А мытарь, словно камень у дороги, Не смел поднять свой взор на небеса. В груди стучали совести тревоги, И на ресницах – горькая роса. "Помилуй, Боже! Грешен я и слаб, Нет оправданья мне, лишь покаянье. Я пред Тобой – лишь прах, я только раб, Прими моё сердечное рыданье!" И что же? Чья молитва до небес Достигла, разорвав земные путы? Того, кто мнил себя как Геркулес? Иль в ком смиренья теплились минуты? Сказал Господь: "Мытарь оправдан днесь, Смирение возносит до небес. А тот, кто возвышает сам себя, Унижен будет, гордость не терплю я". Так притча учит нас: не мни, не славься, Не строй из благочестия театр. В молитве искренней, как в зеркале, являйся, И станет храмом твой душевный атр. Не внешний лоск, не показной обряд, А сердца стон и искреннее слово Пред Богом нас воистину явят, И милость снизойдёт на нас же снова. Так будем же подобны мытарю: В смирении, с душою нараспашку, Стучаться в дверь небесному Царю, Снимая гордости надменную рубашку. Ведь каждый грешен, всяк хоть прекрасен, также недостоин, Но милость Божья – океан без дна. И тот, кто в покаянии настоен, Тот и восстанет, вспрянет ото сна. Не осуждай, не мни себя героем, Не строй из благочестия дворец. Лишь в искреннем смирении откроем Путь к благодати, что даёт Творец.
