(Вступление) Эй, народ честной, навострите уши! Забудьте на миг драконов и королевские уши! Я спою вам песнь небывалую, истинную до слёз, О том, как в болотном краю и гордыня на дно ушла! Историю про Барона, что прозван был Кровавый, Не за ратные подвиги — за быт семейный, окаянный! (Куплет 1) Он пришёл в Велен с войском, дезертир и солдат, Занял замок Вроницы — и был этому рад. «Теперь я здесь хозяин!» — провозгласил он власть, Стал судить и рядить, и стращать всех подряд. Но власть — она как болотный газ, знаете ли: Кажется плотной, а руку сквозь неё проведи… И единственный, кто его не боялся в те дни, Был он сам перед зеркалом, в глубине пустых глаз. (Куплет 2) А был у него, говорят, и семейный очаг: Жена Анна-краса, дочь — светлейшая из благ. Но рука, что держала меч, не умела ласкать, И слово «люблю» на языке отзывалось грохотом драки. И пил он, чтоб забыть, что он монстр в её глазах, И пил он, чтоб не слышать дочки тихих шагов… Пока однажды, в пьяном чаду, не случился грех — И жизнь нерождённого сына ушла под порог, под смех. (Куплет 3) И вот тогда молчание в доме поселилось навек. Пикнуть не мог ни один человек. Жена, отвернувшись к стене, превратилась в тень, И однажды, схватив узелок, сбежала в ночную темень. И что вы думаете? Куда она направилась? В объятья к болотным ведьмам, к трём древним как мир каргам! «Возьмите мою душу, — сказала, — но дайте забвение!» И те взяли… но не душу — её облик и разум, на радость и потеху. (Куплет 4) А Барон, охмелев от потерь и вина, Метался как зверь, теряя и честь, и уставы. И тут, о чудо! Явился к нему Ведьмак — С серебряными волосами, с глазами как у зимней бури. «Ищу свою Цири. Ты видел?» — «Нет… Но найдёшь мне моих, И я всё, что знаю, тебе на ладонь положу!» И пошёл Геральт на эту чёртову сделку, В болото, где страх — это воздух, а правда — что тина скользкая... (Куплет 5) И нашёл он жену… Боги! Лучше бы не находил! Превращённую в тварь болотную, страшную,молчаливую и вонючую! «Снять проклятье можно, — сказал Ведьмак, — но плата страшная: Дух в дубе том древнем должен быть уничтожен до срока. Но если духа убить — то сирот деревни съедят ведьмы. А если освободить — твоя Анна умрёт от их гнева. Видишь развилку?» (Куплет 6) Что выбирать меж чумой и холерой, скажите? Между детским плачем и призраком жены? Какой бы путь ни избрал — всё ведёт к погибели, Всё стекается в омут одной и той же вины. Он выбрал жену… И потерял всё окончательно... Она, вернув облик, взглянула пустотой… И дух её отлетел в иные пределы, Оставив его одного с пустым замком, пустой душой, И вечным приютом...В петле. (Финальный куплет) Так слушайте ж мораль, хоть горше полыни она: Не строй империю из страха там, где должен быть дом. Ибо когда рухнет последняя ваша стена, Вам останется править лишь призраками да слышать ветра вой. Выпьем же, друзья! За тех, кто ошибся, упал и не встал! За правду, что горька, но от этого — не менее правда! Эй, хозяин, всем по кружке! А счёт… пусть висит пока. Ведь великий Лютик только что подарил вам целую трагедию!
