[Вступление] Я вышла на рассвете с корзинкой в руке, сапоги промокли от тумана насквозь. Я думала, дорога знает, куда меня ведет, и что никто не хватится чужачки. Но деревья сомкнулись вокруг тесной стеной, птицы разом затихли, застыв на лету, и нечто таилось в зеленой чаще, с медовой сладостью в своих желаньях. [Куплет 1] Он стоял там, где лес расступался, бледный, как лунный свет, и жаркий, как грех. Темные волосы спадали на плечи, а лесные глаза манили к себе. Он так тихо спросил мое имя, что я чуть было не назвала его — но лишь улыбнулась и говорила о пустяках, пока солнечный луч играл в его волосах. [Припев] Пепел и мед, дым и золото — так он предлагал свою любовь. Сладость на языке, холод в костях; он создал клетку и назвал ее домом. Я думала, он видит сияние моей души — но я была для него лишь новой забавой. Пепел и мед, мягкий свет и сияние — его поцелуй увлек меня в бесконечную ночь. [Куплет 2] Он шел рядом со мной день за днем, словно сама дорога так решила. Он смеялся, глядя на меня как на диковинку, и, боги, я не могла этого вынести. Деревня позади казалась такой крошечной — те же стены, тот же привычный воздух. С ним мир снова казался диким и полным тайн, и я приняла это за заботу. [Припев] Пепел и мед, дым и золото — так он предлагал свою любовь. Сладость на языке, холод в костях; он создал клетку и назвал ее домом. Я думала, он видит сияние моей души — но я была для него лишь новой забавой. Пепел и мед, мягкий свет и сияние — его поцелуй увлек меня в бесконечную ночь. [Куплет 3] Однажды утром тропа под ногами сменилась: там, где была земля, теперь стлался мох. Дубы стояли вокруг, словно древние судьи, а свет стал странным и призрачным. Он коснулся моей талии, и я забыла о страхе, сжимавшем грудь. Когда он поцеловал меня в этом тайном месте, мне казалось, что жизнь моя благословенна. Я вернулась сквозь дождь и лето, жаждая вновь увидеть его лицо. Он принес мне цветы, что не вянут, и монеты, сиявшие странным блеском. Он говорил об уходе, говорил о вечности, говорил о мирах за пределами леса. Я сказала «да», не дожидаясь повторного вопроса — я уже стояла перед ним на коленях. [Припев] Пепел и мед, дым и золото — так он продавал свою любовь. Сладость на языке, холод в костях; он создал клетку и назвал её домом. Я думала, он видит сияние моей души, — но для него я была лишь новой забавой. Пепел и мед, мягкость и свет — его поцелуй увлек меня в бесконечную ночь. [Куплет 5] А потом тот, кого я любила, сбросил свой облик, и чары соскользнули с его кожи. Бледный, как кость, с накрашенными губами, с волосами, в которых чередовались черные и белые пряди. Мотыльки-шептуны взлетели с его плеч, пересчитывая тайны в воздухе. Я попыталась бежать, но он схватил меня за запястье и поклялся, что мне нечего бояться. [Бридж 1] Он показал мне краски по ту сторону Завесы, деревья, что дышали, и камни, что всё знали. Он обещал, что я никогда не увяну, обещал, что каждое его слово — правда. Плод в его ладони светился пурпуром, а я дрожала — слепая, живая. Я проглотила эту сладость, словно клятву, и шагнула туда, где смертным не выжить. [Куплет 6] Он надел мне на шею серебро, назвав это любовью и узами. Я носила его, как обручальное кольцо, как доказательство того, чего так желала. Сначала мир казался чудом: медовый напиток и залы из кости в сиянии звезд. Я думала, что избрана, думала, что обрела свой дом. [Припев] Пепел и мед, дым и золото — так он продавал свою любовь. Сладость на языке, холод в костях; он создал клетку и назвал её домом. Я думала, он видит сияние моей души, — но для него я была лишь новой забавой. Пепел и мед, мягкость и свет — его поцелуй увлек меня в бесконечную ночь. [Куплет 7] Истина ждала под камнем, Где свет факела дрожал на железных прутьях. Десятки носили мой серебряный круг, С пустыми глазами под мертвыми звездами. Я повернулась к нему, задыхаясь, Умоляла: «Нет, не допусти этого». Он сказал, что никогда меня не любил, А затем втолкнул меня к остальным. [Бридж 2] Дверь с визгом захлопнулась. Тьма дышала сладостью. Мысли мои размякли и поплыли. Я вцепилась в серебро на шее, Но боль пронзила ребра и сны. Я пыталась удержать в памяти лицо матери, Свой дом, рынок, утренний дождь — Но каждое воспоминание ранило до крови, И я отпустила их, чтобы унять боль. [Куплет 8] Дни, теряя имена, сливались в недели, А недели поглощались без остатка. Я научилась склоняться, когда он проходил мимо, А с его рукавов осыпался пепел. Другие смотрели с равнодушной жалостью — Слишком уставшие, чтобы скорбеть. Раньше я бушевала, раньше я плакала — А потом тишина научилась дышать. [Финальный припев] Пепел и мед, дым и золото — Так была продана моя жизнь. Сладость на языке, холод в костях: Он создал клетку и назвал ее домом. Я думала, он видит сияние моей души — Но я была для него лишь новой забавой. Пепел и мед, мягкость и свет — Он поцелуем погрузил меня в бесконечную ночь. [Аутро] Кажется, когда-то у меня было имя, Кажется, у меня была дверь. Кажется, солнце касалось моего окна, А сапоги знали тропы
