[spoken word, dramatic narration, male voice]... Вот вдруг земля под нами гневно задрожала, Под гул неведомый ....громАда существо, ЧернО на взгляд, размером с пальму… подошлО, Глаза что Угли, рот - колодец, да вскричало… Верблюжьи губы.... доходили до грудИ, Но человеческое тело ...в волосАх, А когти львиные… Напал на нас тут страх, ОцепенЕли мы, - что ждёт нас впереди… А существо меня схватило и… вертеть Взялось, как курицу мясник или овцу… Но я был слаб и худ, подобие мальцУ. Оно другого тотчас нАчало смотреть… Так человек громада всех пересмотрЕл, Пока дошёл до капитана, что был в теле, ШирокоплЕчий и сильнейший в каждом деле. И людоед.... его на ужин захотел… [Spoken language]... Сначала шею он сломал, на вЕртел следом Уж насадИл, что тот до мАковки вошёл, Зажёг огонь, повесил вертел и котёл, И сел на лавку ждать, любуясь тем обедом… Когда поспело мясо, он перед собой И положил его и рОзнял, как цыплёнка, И стал ногтями рвать, и есть, снимая плёнку, Пока не съел, а кости кинул нам горой… И, посидев немного, вскоре захрапел, И так скотиною проспал он до утрА, А там ушёл своей дорогой в никуда… Тогда лишь мы и осознали свой удел… Уж лучше в море утонуть иль от когтей Нам обезьяньих умереть, чем этот вЕртел. Такая смерть страшнее всех, хоть каждый смертен, Спаси, Аллах Всемилосердный, пожалей! Нет мощи, силы, кроме силы у Аллаха, Ведь что захочет Он, то с нами и случится, И никогда нам в прежний миг не воротиться! Так мы по острову пошли, дрожа от страха… Не отыскали там прибежища нигде, И страх погнал нас снова к дому людоеда. Где вновь явился он для отдыха, обеда, И снова жертву жарил он на вертелЕ. [Spoken language]... И вновь уснул он, как скотина, ну а мы Решили так, ....что лучше бросимся мы в море, Чем от сожжЕния умрём, с судьбою не споря, А я воскликнул: - Мы убить его должны! Ну, а пока из брёвен сделаем мы плот, И будем ждать, что проплывёт корабль мимо И нас спасёт от людоеда исполИна. Аллах захочет, к нам спасение придёт… Всеъ согласились. Дружно брёвна потащили, Да стали связывать их, пищи запаслИ, И привязали плот у краешка земли. А как стемнело, снова к лавке поспешили… Земля как прежде задрожала, зверь явился, Подобный злой собаке, чёрный людоед. И вновь готовил мясо он себе в обед, И вновь заснул, когда изрядно утомился… А мы два вертела железных на огонь Уж положили, раскалИвши до краснА, Затем, к глазам его пристАвив два колА, ВоткнУли разом, учинив зверюге боль, [Spoken language]... Да ослепИли тем чудовище навек. Оно вскочило со скамьи и возопИло, Да так, что сердце в нас до пяток уходило, МетАлись в страхе мы, как жАлок человек…
