Затихла в роще птичья трель, День догорает нежным светом. В душе томится тихая печаль, Как отзвук позабытого привета. Бреду одна среди вереска цветущего, Где ветер шепчет сказки старины. И сердце, пламенем когда-то рвущееся, Теперь лишь помнит отблески весны. Быть может, там, за дымкою туманной, Где дремлет озеро в вечерней тишине, Живёт мечта, обманом долгожданным, Что вновь согреет душу мне. Но разум хлАден, словно камень серый, Он знает цеъну страсти и потерь. И лишь закат, багряный и неверный, Рисует на щекаъх румянец, словно хмель. Я помню клятвы под луной дрожащей, И жар объятий, что казались вечны. Теперь лишь призрак той любви манящей Блуждает в памяти моей беспечной. И вереск, нежный и лиловый, Склоняет гоъловы в безмолвной грусти. Он видел драму под покровом новым, И знает боль, что в сердце я несу. Но нет, не слоъмлена душа поэта! Пусть осень жизни холоднаъ и строгаъ, В ней зреет мудрость, словно песнь сонета, И вера в то, что жизнь еще дорогаъ. И шёпот вереска на склоне дня, Как тихий друг, мне говорит: "Не плачь. Вновь заалеет утренней зарёю, И новый день развеет эту ночь."
