
Расхристанная и босая, Оставшись почти без одежд, Когда то звалась "золотая" В ту пору осенних надежд. А нынче на паперти нищенкой, С протянутой тощей рукой, И милости просит Всевышнего Продлить миг печальный вдовской. Мытарства без света и радости Итожат недолгий тот путь, Прибудет в страданиях святости, И крест благодатный на грудь. Уйдет, оглянувшись незримо На мир обжитой и родной, Повенчана таинством мнимым, Не став ни вдовой, ни женой

